Большое интервью Зеленского: читаем между строк

19:22 29.06.2021
Большое интервью Зеленского: читаем между строк

Вечером 24 июня в эфире телеканала «1+1» опубликовано интервью президента Владимира Зеленского. Оно вышло в записи, а это само по себе подразумевает, что зрители услышали ровно то, что в Офисе президента посчитали, что они должны были услышать. Но никто не мешает проанализировать, что хотел сказать президент.

1. Кто и что мешает провести Зеленскому кардинальные реформы?

С такого вопроса началось интервью. Услышали ли украинцы на него ответ? Нет!

«Де-юре мы парламентско-президентская республика, де-факто — президентско-парламентская. Де-юре — у президента нет полномочий, чтобы нести за все ответственность. А де-факто украинцы избирают себе президента и хотят, чтобы он за все нес ответственность… Де-юре в парламенте есть монобольшинство, и мы должны проходить большинство реформ, а де-факто в оппозиционных депутатов есть бюрократическая возможность, чтобы тот или иной законопроект проходил тысячи поправок. За все годы независимости не подавалось столько поправок», — таков был беззубый ответ Зеленского.

Почему беззубый? Объясняем. Впервые в истории страны практически всю власть в стране сосредоточили в своих руках представители одной политической силы — пропрезидентской партии «Слуга народа». Зе-команда имеет монобольшинство в парламенте (пусть и «де-юре», но не «де-факто»), имеет правительство, сформированное этим монобольшинством, своего генпрокурора, главу СБУ и т.д. А это означает, что при наличии политической воли можно быстро и кардинально реформировать любую отрасль страны.

Отговорка про «тысячи поправок», которыми оппозиция блокирует законопроект, тоже звучит странно, поскольку не так давно «слуги» изменили Регламент Верховной Рады. И эти изменения ставят крест на так называемом поправочном спаме. Все поправки можно сгруппировать и вместо тысячи поправок рассматривал под куполом только условно 100.

2. Почему не удается перезагрузить судебную систему?

«Для перезагрузки всей судебной системы есть два важных законопроекта, касающиеся ВККС и Высшего совета правосудия. То есть вы отбираете судей, а если они нечестные, то увольняете их. ВККС и Высший совет правосудия надо полностью перезагрузить. Эти два законопроекта есть в парламенте, они уже согласованы, прошли первое чтение. Далее дело за Верховной Радой», — рассказал Владимир Зеленский.

Президент вроде бы дал сигнал, что он настроен на необходимую перезагрузку. Но обратим внимание на детали. Законопроект «О высшем совете правосудия» был зарегистрирован в Верховной Раде только 15 февраля 2021 года, законопроект о ВККС — в январе 2021 года.

В связи с этим возникает вопрос: если Зе-команда так сильно хотела перезагрузить систему правосудия, то почему так долго выписывались законопроекты, а потом они еще практически полгода пылились в комитетах Рады и не выносились на рассмотрение под парламентский купол?

3. Об обвинениях в ведении не совсем правильной борьбы с Конституционным судом

«Так и есть», — дает короткий ответ Владимир Зеленский (что фактически можно трактовать как явку с повинной, то есть превышение президентских полномочий и вмешательство в деятельность независимой ветви власти – судебной, КСУ. — Авт.).

Далее президент начал объяснять, почему отстранил Александра Тупицкого с должности главы КСУ. Главное объяснение, если трактовать сказанное Зеленским между строк, — сначала президент попытался с Тупицким поговорить с глазу на глаз и объяснить, какие решения КСУ не следует принимать и по каким законам, а когда тот не послушался — прибег к увольнению судьи.

«Я ничего не хотел (влиять. — Авт.), но я действительно через СНБО ввел то решение, чтобы заблокировать разрушение всех антикоррупционных реформ, реформу земли, вопрос языка… Можно спорить об этих законопроектах, вносить в них поправки, но не рушить систему. Но он не понял меня и сделал то, что он сделал», — сказал Зеленский.

И это говорит президент, более того, дипломированный юрист! А как же принцип невмешательства разных ветвей власти в деятельность друг друга и значимость неукоснительного соблюдения законодательства?

Кстати, такой ответ по Тупицкому можно расценивать и как сигнал абсолютно всем випам страны: если будете действовать вопреки линии партии, то мы найдем способ выставить вас на улицу, и ничего страшного, что придется отклониться от соблюдения законов.

4. О роли СНБО

«Я всегда говорил, что я пришел изменить страну. И если я понимаю, что по ходу политической жизни я имею быстрые инструменты и быстрое оружие и устал договариваться с теми или другими… Поэтому все, что есть у меня под рукой — моя власть. СНБО — один из видов оружия, и я его применяю», — сказал Владимир Зеленский.

Получается, глава государства дал понять, что готов вновь и вновь обходить закон и искать окольные пути для достижения быстрых «побед». Но Зеленский почему-то скромно умалчивает, во сколько обойдется стране применение такого «оружия», когда пострадавшие от решений СНБО дойдут и выиграют ЕСПЧ, доказав антизаконность принятых решений.

5. О риске рассориться с нашими международными партнерами из-за своих резких высказываний

«Я выражаюсь как равный им (Эмманюэлю Макрону и Ангеле Меркель. — Авт.) президент или представитель равной им страны. Мне кажется, что отношение любой страны, как страны второго, третьего или еще какого-то мира, оно несправедливо. Мы сами зашли в эту парадигму. Нас пригласили в этот коридор, а мы из него не можем выйти.

Я считаю, что резкостью, а она правдивая, это не игра какая-то, мы возвращаем субъектность нашей страны», — ответил Владимир Зеленский.

Согласны, принципиальность в международной политике важна, бесспорно. Но дипломатия — искусство компромисса, а не соревнование резких высказываний.

Комментируя международную политику страны, ответы Зеленского диссонируют один с другим. Сначала он говорит о резкости, а через несколько минут уже сообщает, о чем намерен просить Ангелу Меркель, президента США Джо Байдена…

Большое интервью Зеленского: читаем между строк Владимир Зеленский уверен, что разговаривать с другими президентами он обязан как равный им. Фото: upload.wikimedia.org

6. О срыве операции с захватом «вагнеровцев»

Непосредственно об операции с «вагнеровцами» Наталья Мосейчук не спрашивала (и это важный нюанс. — Авт.), о ней Владимир Зеленский рассказал, отвечая на вопрос о последнем разговоре с президентом Беларуси Александром Лукашенко. Зеленский признался, что это он передал информацию белорусскому коллеге о готовящейся операции по захвату «вагнеровцев».

— Последний раз мы общались с ним (Лукашенко) по телефону. Когда «вагнеровцы» были на территории Беларуси. Я его предупредил, что готов передать ему всю информацию об этих людях, там были фамилии, мы понимали, кто это такие. Тем не менее, он сказал мне по телефону: «Я понимаю, дорогой Владимир Александрович, я не подведу, все будет нормально, я разберусь». Я был уверен, что он передаст нам этих убийц. Но потом произошло то, что произошло. Это была последняя наша с ним беседа», — рассказал Зеленский и признался, что рад, что операция не удалась, так как это могло плохо закончиться для Украины, учитывая произошедшую позже ситуацию с посадкой самолета в Минске.

На самом деле алогично сравнивать незаконное задержание белорусскими властями оппозиционера Протасевича и спецоперация по задержанию и привлечению к ответственности «вагнеровцев» — военных преступников, которые убивали людей на востоке Украины, в частности в 2014 году сбили Ил-76 с 49 военнослужащими ВСУ.

Осуждение Зеленским операции по захвату «вагнеровцев» может негативно аукнуться ОП накануне визита президента Украины в Вашингтон. Ведь фактически наш президент раскритиковал операцию (и своими действиями привел к ее срыву), которую готовили в сотрудничестве с США.

7. О «пленках Порошенко — Медведчука»

«Все эти страшные записи, я считаю, что эти телефонные звонки — это чистая государственная измена. И то, что он (Петр Порошенко. — Ред.) сделал, когда все полномочия в переговорах передал Медведчуку, в переговорах между Украиной и Россией, это говорит о том, что никто не был заинтересован в окончании войны. Никто. То есть люди делали деньги, вот и все», — сказал глава государства.

Странно слышать такие заявления от человека, в руках которого де-факто находится вся правоохранительная и судебная система. Такие серьезные публичные обвинения — основания для уголовных производств, судебного вердикта. А если нет уголовных дел (при наличии своего генпрокурора), то такие публичные заявления — политтехнологический способ снизить рейтинг оппонента и риск стать ответчиком по иску со стороны того же Петра Порошенко о защите чести и деловой репутации.

8. О своих конкурентах

«Я считаю, что у меня нет ни одного конкурента, мои конкуренты — это инфраструктура, война, бедные люди», — убежден президент Владимир Зеленский.

Увы, но такой ответ актуален был еще два года назад, когда Зеленский только принял присягу и имел поддержку 73% избирателей, но не сегодня, когда ему доверяют только около 30% украинцев, а разрыв между ближайшими конкурентами Петром Порошенко, Юрием Бойко и Юлией Тимошенко составляет 10-20%.

9. О борьбе с олигархами

Президент заявил, что если не удастся побороть олигархов с помощью соответствующего законопроекта, то вынесет этот вопрос на референдум. Вопрос, который попадет в бюллетени, не назвал.

«Есть же принцип, и в моей жизни он такой, сначала выстрел в воздух, а затем в тело. Об выстрел в воздух — это законопроект. Я считаю, выстрел в воздух — это современная демократия. Я считаю, что в Украине не может быть такой демократии, как в старой Европе, у нас нет времени. Выстрел в воздух — это шанс — станьте бизнесменами, выстрел в тело — это референдум», — сказал Зеленский.

Своим ответом Зеленский фактически признался, что не верит в эффективность своего же законопроекта об олигархах. Объявлять персональную войну олигархам не будет, отдав такую возможность на откуп народу.

10. О статусе Донбасса

В случае, если урегулирования конфликта на Донбассе не удастся достигнуть в «нормандском формате», с Россией и США, Владимир Зеленский допускает, что по данному вопросу могут провести всеукраинский референдум.

«Что касается альтернативных планов. План «Б» — мы в нем, я считаю, находимся. А те, кто предлагают, например, стену, как план «Б», или план «С» – неважно — стену в любом формате… Стена — это полное расторжение отношений в том или ином виде. Я считаю, что этот план может быть, но решение о запуске этого плана должен принимать народ Украины», — заявил Зеленский.

С юридической точки зрения, такое заявление президента Владимира Зеленского звучит немного дивно. Ведь вопрос территориальной целостности страны нельзя выносить на референдум. Это запрещает закон о референдуме.

С политической точки зрения, ответ Зеленского можно трактовать как сигнал накануне встречи Зеленского с Меркель и встречи Зеленского с Байденом. Посыл таков — или вы нам помогаете и реализовываются Минские соглашения с украинским кластерами, или мы включаем план «Б» — референдум.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Форум от Зеленского: три дня на вопросы про коронавирус